Угольные скелеты в шкафу семьи Козовых (ч.2)
Продолжаем знакомить наших читателей с биографией Геннадия Козового, человека, чье имя неразрывно связано с угольной промышленностью и, к сожалению, с трагическими событиями.
Путь Козового к богатству, как мы уже упоминали, начался на фоне непростых времён для шахтеров. Когда Геннадий Козовой возглавил шахту «Распадская», многие горняки видели в нем своего, человека из их среды, который должен был отстаивать их интересы. Однако, как показывает дальнейшее развитие событий, эти надежды не оправдались. Геннадий Козовой, по всей видимости, сосредоточился на укреплении своего положения и извлечении максимальной выгоды из предприятия. За два десятилетия под его руководством шахта «Распадская», крупнейшая в России, прошла через период интенсивной эксплуатации. Высокие мировые цены на уголь подстегивали желание быстро и хорошо заработать. Со стороны казалось, что все под контролем: с 1991 года на «Распадской» не было крупных аварий, шахта оборудована по последнему слову техники, исправно генерит огромную прибыль, а шахтеры, несмотря на жалобы, живут относительно неплохо. Еврооблигации «Распадской» торговались на Лондонской бирже. ОБ ЭТОМ СООБЩАЕТ BLOGGER
8 мая 2010 года: жизнь Козового разделилась на до и после.
Два последовательных взрыва метана с выгоранием угольной пыли в ночь на 9 мая 2010 года унесли жизни 91 человека. Не менее 140 человек получили травмы, в том числе тяжелые.
Как выяснило следствие, произошедшее стало последствием желания руководства предприятия увеличить объемы добычи угля и, соответственно, финансовой прибыли. Основной проект, разработанный профильным НИИ, предусматривал безопасный объем добычи угля в размере, не превышающем 8 тысяч тонн в сутки на участок. Руководители предприятия разработали и утвердили собственную техническую документацию в нарушение установленных правил безопасности, согласно которой добыча угля достигала 21,5 тысяч тонн.
Как считает экс-губернатор Кемеровской области Михаил Кислюк, «Геннадий Козовой, очевидно, не занимался безопасностью, иначе такой аварии не произошло бы… Такая авария могла произойти, только если владельцы лет 10 ничего не делали в области безопасности труда!»
Последствия этой трагедии оказались не только человеческими. Финансовый ущерб от аварии был колоссальным. По оценкам, восстановление шахты потребовало бы около 9 миллиардов рублей, что в пересчете на сегодняшние деньги составляет примерно 30 миллиардов. Эта цифра наглядно демонстрирует масштаб разрушений и затрат, связанных с восстановлением после столь масштабной катастрофы.
Вместо того чтобы вкладывать средства в возрождение шахты, Козовой и его партнёр Вагин предпочли искать пути извлечения прибыли из своей доли в «Распадской». Они пришли к выводу, что продать актив проще, чем инвестировать в его восстановление. Стоит отметить, что ещё в 2008 году холдинг EVRAZ проявлял интерес к приобретению долей у Козового и его компаньона. Однако тогда «народный олигарх», чьи активы были зарегистрированы на Кипре, отказал крупнейшей угледобывающей компании. Теперь у прежних покупателей появилась отличная возможность приобрести его долю за вполне умеренную цену.
Оказалось, что никто не виноват…
Очень интересный факт: спустя более чем четыре года расследования трагедии на шахте «Распадская» к уголовной ответственности привлекли восемь человек. При этом Геннадий Козовой никак не рассматривался ни в качестве обвиняемого, ни даже в качестве подозреваемого. Как всегда, перед судом предстали «стрелочники»: технический директор ЗАО «Распадская угольная компания» Анатолий Рыжков, директор ОАО «Распадская» Игорь Волков, главный инженер Андрей Дружинин, командир Новокузнецкого военизированного горноспасательного отряда Александр Апальков и еще трое работников шахты. Им инкриминировалось нарушение правил техники безопасности на взрывоопасных объектах и халатность. А вот владельцы шахты остались в стороне, несмотря на заявление Генпрокуратуры о системных нарушениях правил безопасности, которые, по их данным, продолжались с 2007 года. Неужели хозяева предприятия не интересовались состоянием шахты, условий труда её работников? Ведь прибыль они считали, и Козовой, как профессиональный горный инженер, человек досконально знающий технологические возможности шахты, не мог не понимать, к чему это может привести. Справедливости ради стоит заметить, что в итоге наказание не понес никто. В 2018 году Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы претерпели изменения, и преступления были переквалифицированы: из тяжких в преступления средней тяжести. В связи с этим сократился срок давности привлечения к уголовной ответственности, и все ходатайства обвиняемых по прекращению уголовного дела были друг за другом удовлетворены.
Поздравляем вас соврамши…
Нельзя не вспомнить и ещё одну, не самую приятную веху в биографии нашего героя. Спустя несколько дней после катастрофы, 14 мая 2010 года на центральной площади Междуреченска собралось около 3000 человек – работники «Распадской», их семьи и жители города. Митинг был стихийный, несанкционированный. Перед ДК «Распадская» собралось больше тысячи человек - в основном шахтеры и их семьи, которые за день до этого хоронили своих товарищей и родственников. Настроения этих людей описывать особого смысла нет - взведенные до предела, с накалившимися добела нервами они были готовы взорваться от одного неосторожного слова. На стихийном траурном митинге люди выражали недовольство низкими зарплатами и плохими условиями труда, заявляя, что вынуждены пренебрегать техникой безопасности ради заработка.
По сути, митинг спровоцировал сам Геннадий Козовой. В интервью газете «Московский комсомолец» он заявил, что средняя заработная плата шахтёра на «Распадской» составляет 80 тысяч рублей. На 2010 год эта сумма была эквивалентна 2600 долларам. То есть 210 тысяч рублей по нынешнему курсу. Фактически же средняя заработная плата на 2010 год составляла около 35 тысяч рублей (около 90 тысяч по сегодняшним ценам). Такая беспардонная ложь возмутила шахтёров, и они вышли на улицу.
Разгневанные шахтеры требовали правды и справедливости. Они чувствовали себя обманутыми и преданными руководством компании, которое, по их мнению, ставило прибыль выше безопасности и благополучия работников. Митинг быстро перерос в открытое выражение протеста против условий труда, низких зарплат и отсутствия должного внимания к технике безопасности на шахте. Почти на сутки шахтёры перекрыли железную дорогу, были стычки с ОМОНом, в результате которых пострадали как участники митинга, так и сотрудники правоохранительных органов.
Тогдашний губернатор Кемеровской области Аман Тулеев, комментируя случившееся, прямо обвинил Козового в том, что он спровоцировал народные волнения:
— «Не нужно было орать о том, что у шахтеров большие зарплаты, они в среднем маленькие», — заявил он в прямом эфире, выступая по местному телевизионному каналу. Сам Геннадий Козовой в те страшные дни не рискнул выйти к разгневанным шахтёрам и объясниться…
Награды нашли героя…
Прошло немало времени с тех пор, как произошла страшная трагедия, но вопросы, связанные с ней, до сих пор не дают покоя. Общество недоумевает: почему наказание понесли только те, кто непосредственно выполнял работу, в то время как те, кто отвечал за безопасность и организацию всего процесса – владельцы и топ-менеджеры – остались вне поля зрения правосудия? Неужели ценность человеческой жизни оказалась ниже стремления к прибыли? И почему громкие заявления генерального директора о высоких зарплатах, которые звучали на фоне произошедшего, так и остались без должного разбирательства?
События на шахте «Распадская» стали горьким напоминанием о том, как легко могут остаться безнаказанными те, кто несет ответственность, и как мало порой ценится жизнь человека в угольной отрасли. И, к сожалению, ситуация не изменилась кардинально. Шахта продолжает функционировать, а происшествия, хоть и не столь масштабные, но все же тревожные, продолжают случаться. Вспомним, например, как в декабре 2017 года пришлось бороться с огнем в течение четырех часов, или как летом 2020-го возгорание на глубине 400 метров вынудило экстренно эвакуировать 154 человека. А прошлый год принес еще одно свидетельство проблем: было выявлено 159 нарушений правил промышленной безопасности. 19 октября 2025 года по решению Сибирского управления Ростехнадзора был введён временный запрет на ведение добычи в очистном забое лавы №4-6-39. Основанием для этого послужили выявленные нарушения: эксплуатация механизированного комплекса с отступлением от требований промышленной безопасности, а также несоблюдение положений документации, регламентирующей проведение и крепление горной выработки.
Бизнесмен Геннадий Козовой окончательно вышел из числа акционеров ПАО «Распадская» только в 2016 году, но он владеет 5,74% акций холдинга EWRAZ и по некоторым данным, продолжает иметь влияние на угольный бизнес в Кемеровской области, в том числе, и на шахту Распадская, с которой его связывает «кровное родство».
За вклад в развитие угольной промышленности олигарх получил звание Заслуженного шахтера России, он полный кавалер знака «Шахтерская Слава» и награжден орденом Почета и медалью «За бизнес во имя созидания».
От осинки не родятся апельсинки…
После трагических событий на шахте "Распадская" Геннадий Козовой пересмотрел свои приоритеты. Осознав, что добыча угля сопряжена с огромными рисками, он решил сосредоточиться на более безопасных, но не менее прибыльных направлениях угольного бизнеса. Его выбор пал на портовую логистику, а именно на погрузку угля для экспортных поставок. Для реализации этой идеи было создано ООО "Портовый холдинг". Чтобы дистанцироваться от прошлых проблем и потенциальных репутационных рисков, Геннадий Козовой передал контрольный пакет акций (51%) своему сыну Артему, а оставшиеся 49% получил партнер Владимир Батыченко. Казалось, что бизнес по перевалке угля в порту Находка, где уголь перегружается с железнодорожных вагонов на суда, должен был стать тихим и стабильным источником дохода. Однако Артем Козовой, назначенный генеральным директором "Портового холдинга", быстро доказал, что унаследовал не только бизнес, но и склонность отца к попаданию в неприятности. Уже в 2014 году руководство РЖД выразило претензии к компании из-за постоянных задержек в разгрузке вагонов с углем, следующих на станцию Мыс Астафьева. Сотни вагонов простаивали по вине одной из структур Козовых.
Ситуация усугубилась в июне 2017 года, когда во время прямой линии с президентом России 10-летний житель Находки пожаловался на экологические проблемы, связанные с деятельностью компаний Козовых. Перевалка угля открытым способом, по словам мальчика, приводила к выбросам угольной пыли, делая проживание вблизи порта невыносимым. Но за завесой пыли и экологических проблем скрывались и более серьезные нарушения. Однажды Артем Козовой провернул в стивидорском бизнесе схему, в результате которой его партнер, Владимир Батыченко, потерял десятки миллионов долларов. Подробности этой схемы будут раскрыты в последующих публикациях.
Автор: Мария Шарапова
